Искры памяти: Ченг Чао-Танг

Искры памяти: Ченг Чао-Танг

Искры памяти: Ченг Чао-Танг

Который раз признаюсь в любви к азиатской фотографии. Чем больше смотрю, тем больше восхищаюсь, потому что мы (представители западной цивилизации) так не умеем. Глаза у нас устроены по-другому, видимо. То ли смотрим не так, то ли изначально оптика не та…

Сегодня хочу рассказать об одном из восхитительных (без преувеличения) тайваньских мастеров Ченг Чао-Танге (Chang Chao-Tang), успевшим разменять восьмой десяток и, слава богу, живущим и поныне, дающим интервью и открывающим выставки.

Его история удивительна, учитывая время и место, где он родился, жил и много снимал.

Середина 20 века, Тайвань, военное положение, чистки, репрессии, гонения художников… Ничего этого как бы нет, потому что молодой 16-ти летний мальчишка, гуляющий по улицам с одолженной у брата камерой, живет в своем мире – интересном, внимательном, одиноком (как у каждого нормального подростка) и исполненном самой настоящей тайны, которую во что бы то ни стало надо понять.

В апреле 2014 года прошла большая персональная выставка Чао-Танга в Нью-Йорке, и газета «The New York Times» сделала с ним интервью, которое я решил (в меру способностей) перевести с небольшими опущениями. Не пожалейте времени, прочтите и посмотрите фотографии. Чао-Танг – большой мастер, работы которого необходимо видеть, особенно если вас привлекает документалистика (хотя, Танг открещивается от нее, называя себя, скорее, эссеистом).

Перевод статьи «The New York Times»
«From Ordinary Life, Extraordinary Images» By Rena Silverman Apr. 15, 2014
Источник: http://lens.blogs.nytimes.com/2014/04/15/chang-chao-tang-in-taiwan/

Чао-Танг начал снимать еще в школе, в 1959 году, когда он одолжил у своего брата старую двухлинзовую зеркальную камеру, с которой любил подолгу прогуливаться после занятий, отлынивая от домашней работы. Его интересовали самые обычные люди и места: малолетки, бездельничавшие на улицах и пляжах, животные на фермах, куклы.

«Эти фотографии так чисты и невинны… Вы больше никогда не сможете так чувствовать», — рассказывает Чао-Танг.

Автор: Chang Chao-Tang

В то время он вряд ли подозревал, что сможет вырасти в одного из наиболее значимых фотографов Тайваня. Он настолько не предполагал такого развития событий, что даже не хранил свои негативы.

«Конечно, в 16 лет я не думал о том, какое будущее меня ждет. А Вы бы задумались?» — говорит он.

Печать снимков стоила слишком дорого, денег хватало лишь на проявку пленки и печать одного контрольного листа. И все, что осталось с того времени – те самые контрольные листы с изображениями размером всего 5х6см. В 2010-м Ченг увеличил эти крошечные изображения до формата 16х20 для своей ретроспективной выставки в Тайпее, а затем сделал негативы из контрольных листов для печати в темной комнате.

Необычная точка съемки, с уровня живота (при съемке вы вынуждены держать камеру у пояса, заглядывая в шахту видоискателя сверху вниз), помогла выстроить особенную перспективу, лишь подчеркнувшую детское любопытство.

Посмотрите на этот снимок (“Sulin, Taiwan. 1960”).

Автор: Chang Chao-Tang

На нем бык выглядит очень мощным, так что мы чувствуем себя практически как сам фотограф, стоящий перед ним.

«Если вы встанете на колени, то камера опустится почти до самой земли, и это придаст объекту съемки мощи и силы. Вы не сможете этого не заметить», — говорит Ченг.

Но, кроме любопытства и вовлеченности, в фотографиях Чао-Танга много одиночества.

«Я начал фотографировать, потому что в то время чувствовал себя одиноким и опустошенным, — рассказывает Ченг, — это успокаивало меня и давало силу. Другие использовали ручку или музыкальные инструменты, чтобы выразить свою страсть, а мне нужна была камера. С ней я мог исследовать себя».

В годы учебы в университете Ченг начинает интересоваться искусством за пределами Тайваня (в основном через журналы Life и Time, а также по книгам, которые удавалось найти в местных библиотеках).

Тайвань был фактически отрезан от остального мира. Первые снимки Ченга охватывают лишь одно десятилетие из 38 лет военного положения, введенного властями Китая («Белый Террор» 1949-1987гг., жертвами которого стали многие тысячи тайваньцев, подвергшихся арестам, пыткам, тюремным заключениям и казням из-за подозрений в сотрудничестве с компартией Китая и другими оппозиционными силами; за это время, по разным оценкам, погибло от 10 до 30 тысяч тайваньцев).

Автор: Chang Chao-Tang

Фотожурналистика и документальная фотография, как и другие искусства в тот период, переживала сильный упадок. Многие художники и интеллектуалы подвергались гонениям и подозревались в сопротивлении действующим властям. Но глядя на фотографии Чао-Танга, Вы об этом не узнаете. По словам Ченга, во время учебы в школе он попросту ничего не знал о «Белом Терроре».

Возникает ощущение, что Ченг и вовсе отказывается связывать себя с документальной фотографией, даже после того, как достиг очень больших высот в этом жанре.

«Я хотел бы остаться фотоэссеистом, потому что это помогает сохранять больше места для маневра и развивать свое уникальное видение», — отметил он в 2012 году перед началом своей выставки в Тайваньской академии Нью-Йорка.

Фотографии Чао-Танга – это, скорее, аллегории и интерпретации, они не следуют традиции документальной фотографии выражать требование перемен.

«Мои фотографии – о реальных людях и местах, но это не рассказ о каких-то поверхностных эмоциях и не просто “свидетельствование” событий», — пишет он в своем эссе «Интроспективы». — Имеет место трансформация, в которой изображение перекодируется с помощью метафор и моих собственных размышлений. То, что схватывается мной — это не картинка, но память, атмосфера, состояние, искрящее неожиданными мыслями, тонкими эмоциями или целыми вихрями энергии».

Вступительный текст и перевод статьи: Дмитрий Лисьев — директор «Stieglitz» — Report-Bureau